Александр АНКВАБ: «Нужна большая, кропотливая работа»

26.02.2020
Сухум, Абхазия

Нужна большая, кропотливая работа. И лучшего Ренессанса, лучшей эпохи Возрождения быть не может. Концентрация всех ресурсов, которые есть в стране, к сожалению, они не велики, и как бы Илья Шадания и его коллеги ни говорили о 20 статье, есть вещи не менее важные и актуальные. И вот всё это надо будет соединять – 20 статью со здоровьем наших граждан. Число детей, больных ДЦП, в Абхазии, к сожалению, не уменьшается, число больных раковыми, сердечно-сосудистыми заболеваниями не уменьшается, и это нужно связывать с возможностями государства.

2000 с лишним километров дорог всех видов в Абхазии никто не отменил, их надо постоянно ремонтировать. Надо проложить примерно 900 километров магистральных труб для канализационных отходов, и их отсутствие намного опаснее, чем добыча нефти в стране. Проблема воды для меня более актуальна, чем проблема добычи нефти, потому что на этом огромном земном шаре пресной воды всего 3%.

Проблема загрязнения окружающей среды в нашей повседневной деятельности намного актуальнее, чем добыча нефти.

Проблема преступности – ее тоже никто не отменял, дорожно-транспортные происшествия – их тоже, к сожалению, никто не отменил, хотя мы многословием закидали эти проблемы. А что изменилось с 2010 года, с 2012-го, с 2013-го? Что произошло в 2019 году? 197 аварий, 56 погибших, 332 раненых. 197 аварий на 250 000 человек. В Японии средняя цифра была, года четыре назад, на миллион человек – 50 погибших.

Нам надо думать, как имеющимися ресурсами, недорогими, сохранить этнос, сохранить детей, продлить жизнь старшему поколению. Хотя привносится в абхазскую среду такое: «Вот, молодые, молодые, молодые...» А что делать со старшим поколением, никто не скажет? Избавиться, может быть? А старшего поколения более 100 000 человек. Специально кем-то привносится конфликт интересов. Это специально делается, это не просто так.

А чтобы 20 статья заработала, просто вы не хотите это слышать, нужен закон о государственной службе. Когда будет закон о государственной службе, тогда и 20, и 21 статья, и другие будут хорошо работать.

Можно быть абсолютно необразованным человеком, не быть талантливым, как говорили древние абхазы, можно быть ослом с лирой – но от этого буриданов осел не перестанет быть буридановым ослом. И у него должен быть выбор. А этот осел застрял между двух лужаек – и там трава, и здесь трава. И он не знает, куда пойти, и пропадает от голода. И очень важно, чтобы в этой ситуации не оказаться.

Надо выбрать всё-таки, куда идти, что делать и какими ресурсами это обеспечивать. Где нам взять деньги? Скажите, где они лежат? Как заработать большие деньги, а они нужны стране, вам, сидящим здесь людям. Может, разрабатывать лес? У нас 545 тысяч гектаров леса, примерно 114 миллионов кубов древесины, а это защитные леса, их нельзя трогать. Как только мы начнем трогать их в огромных объемах – цунами, торнадо. Этого не избежать. Где взять деньги? Рыба? И она тоже перестала к нам приходить. Уголь? Он есть, только его надо правильно добывать. Песчано-гравийная смесь нам даст деньги? С нашими реками надо быть очень осторожными.

А что, люди, живущие в шести странах Черноморского бассейна, которые добывают нефть, – глупые? Или они не беспокоятся об экологии? А давайте спросим у тех, кто живет в Абхазии ниже прожиточного минимума. А давайте спросим у женщины, у которой семеро детей, или 9, 11, или 14 детей, давайте спросим у нее. У нее больше всего морального права судить о государстве, судить о чиновниках, и о том, надо добывать нефть или не надо добывать. Если вы меня спросите, кто элита в Абхазии, скажу: элита – это мамы, родившие столько детей. Элита – это педагоги, элита – это врачи. Они элита, а не политические или околополитические деятели.

Критики у нас хватает, многословия у нас хватает. Все это иногда напоминает мне – есть такая ярко выраженная болезнь – философский синдром. Это синдром метафизической интоксикации. Но это исключительно подростковая болезнь, когда важные проблемы бытия низводятся до нижайшего уровня. Мы не можем себя так вести. Мы должны себя вести очень ответственно.

Тогда, когда в государстве будут серьезные деньги, будут построены 100 недостающих детских садов, у нас будут другие школы в деревнях, у нас будет ранняя диагностика болезней. Тогда мы будем иметь возможность наших маленьких детей, которые достигли трех лет, отдать в хороший абхазский детский садик, в хороший русский детский садик. Вот тогда формируются и будущие гении, и другие не менее важные люди для страны. Надо все делать вовремя, а для этого нужны условия.

Для больных ДЦП нам не нужны условия? Их мамы и папы не герои? Герои, настоящие герои. А нам нужно, чтобы абхазы, в том числе и не абхазы, знали абхазский язык? Нужно. Только законом это не сделаешь. Надо создать условия.

Недавно кто-то высказал очень интересную мысль: почему армяне, живущие в разных уголках мира, знают государственный язык тех стран, а почему не знают здесь, – и армяне, и русские, и другие. В этом – вина и ответственность государства.

Государство, кроме издания законов, должно создавать условия для выполнения этих законов. Если мы не пойдём по такому пути, то завтра в наших структурах власти, о которых много и правильно говорит Аслан Георгиевич, не будет ни одного армянина, ни одного русского, ни одного белоруса, ни одного эстонца. Потому что они не будут носителями абхазского языка. А это не что иное, как дискриминация.

Сотни проблем стоят перед нами. Для их разрешения должна быть не только воля кандидата в президенты Аслана Бжания и кандидата в вице-президенты Бадры Гунба. Она у них есть. Нужны соответствующие материальные условия. У нас, к сожалению, разрушенное войной государство, разрушенное временем государство. И при всей огромной помощи Российской Федерации мы не можем выйти пока из этой ситуации. Не можем, пока не найдем очень важный источник доходов. Если кто-то знает нечто большее, скажите, пожалуйста, давайте устроим общественные слушания... Скажите, где взять эти важные деньги сегодня, не завтра – сегодня, для того чтобы наша жизнь изменилась в лучшую сторону.

В год в Абхазии сдавалось примерно 2000–2200 квартир. Эти квартиры отдавались людям бесплатно. Мы к этому привыкли и мы от этого будем очень долго отвыкать. Поэтому нужны государству серьезные средства, чтобы эту пустоту заполнить. Сколько угодно можно требовать от кандидата в президенты, говорить «дай слово!», «а вы сделаете это, а вы сделаете то?..» Давайте спросим себя, что мы можем сделать вместе, чтобы будущим руководителям Абхазии было легче работать?

Нас что, мандарины куда-то вытащат? Да у нас изреженность плантаций 70%. Турецкая Республика в год поставляет в Россию минимум 200–220 тысяч тонн цитрусовых… с кем нам соревноваться?

Мы малоземельная страна. Мы должны думать о том, как правильно распорядиться своими ресурсами. А те спекуляции, провокации и многое другое, что делается в связи с возможной добычей углеводородов, делается людьми, говорю прямо, которые не хотят, чтобы Абхазское государство окрепло, чтобы у Абхазского государства были собственные значительные источники материальных средств. И пока их не будет, знаете, как в одном из Посланий апостола Павла было сказано: «И вера наша будет тщетна, и проповедь наша будет тщетна» – к сожалению. Благими пожеланиями выстлана дорога в ад. Дорога в рай выстлана благими делами. Чтобы делать благие дела, нужно хорошенечко поразмыслить о том, как все это структурировать. И тогда у нас внутри не будет этих конфликтов.

Всегда будут демократы, всегда будут республиканцы, всегда будут коммунисты, либералы, зеленые. Это нормально, даже не надо пытаться людей от этого отучать. Самое главное, чтобы политические пристрастия не создавали конфликты внутри общества, внутри соседей, друзей, однокурсников, одноклассников, где угодно. Вот это главная задача.

И мы сможем этот процесс убыстрить тогда, когда огромное количество проблем руководители государства, мы вместе с вами, будем нивелировать…

И вот тогда будет другое душевное состояние.

Желаю удачи Аслану Георгиевичу и Бадре Зурабовичу.
(Из выступления на встрече с жителями г. Сухума 26 февраля 2020 г.)